Букинистический форум "СТАРАЯ КНИГА"
Текущее время: 17 авг 2018, 05:55

Часовой пояс: UTC + 2 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 7 ] 
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Секреты романа Б.Пастернака "Доктор Живаго" 1955г.
Новое сообщениеДобавлено: 20 янв 2015, 07:55 

Автор темы
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 28 ноя 2011, 12:04
Сообщений: 4904
Откуда: CCCР
Cпасибо сказано: 135
Спасибо получено:
633 раз в 480 сообщениях

Добавить очки репутацииУменьшить очки репутации
ЦРУ рассекретило Бориса Пастернака и его "Доктора Живаго"

Кто вы доктор Патернак?
Сексот (секретный сотрудник, агент) зарубежной разведки?
Подрывник политической идеологии?
Борец с режимом, системой?
Или жертва обстоятельств?

Много еще тайн скрыто за "коваными дверьми" наложенной секретности. И только время сможет открыть и раскрыть обстоятельства определенного периода времени нашей истории.

Центральное разведывательное управление США (ЦРУ) частично опубликовало и рассекретило материалы, из которых "всплывает" на свет Божий, что управление поддерживало издание романа Бориса Пастернака "Доктор Живаго" и других писателей из "советского блока".

В одной из директив ведомства, датированной декабрем 1957 года, ЦРУ рекомендует уделить обнародованию книги Пастернака большее значение, чем другим произведениям, которые придут к "советскому блоку".

"Доктор Живаго" должен был быть опубликован максимальным тиражом, в максимальном количестве редакций для дальнейшего активного обсуждения мировой общественностью, а также представлен к Нобелевской премии", - идет речь в директиве.

"Что касается изданий другими языками, они должны были быть поддержаны наибольшими общественными издателями", - отмечается в документе.

В других материалах ЦРУ говорится, что авторы с активной творческой позицией, подобной Пастернаку, будут способствовать разрушению "железного занавеса".

Ранее ЦРУ в Twitter анонсировало проведение в Центре Вудро Вільсона в Вашингтоне конференции "План Маршалла для ума", на которой шла речь о секретной программе ЦРУ из распространения книг в годы "холодной войны". В ее рамках было объявлено, что мотивационная часть революций в странах бывшего советского блока была подготовлена именно творческой интеллигенцией, произведения которой активно публиковались при поддержке ЦРУ.

Благодаря этой программе из 1958-го по 1991 годы было распространено около 10 миллионов книг и периодических изданий среди граждан стран Восточного блока.

"Доктор Живаго" - роман Бориса Пастернака, написанного в 1955 году, является вершиной его творчества как прозаика. Рассказывая о жизни русской интеллигенции в период от начала века к Великой Отечественной войне сквозь призму биографии доктора-поэта, книга задевает проблемы жизни и смерти, вопроса русской истории, а также интеллигенции и революции.
В 1958 году Пастернака была присуждена Нобелевская премия. Власть СССР восприняла это событие с возмущением, поскольку признала роман антисоветским. Впоследствии Пастернак вынужденный был отказаться от получения премии.

_________________
Сервисный центр Apple


Не в сети
 Профиль WWW 
Cпасибо сказано  
 Заголовок сообщения: Re: Секреты романа Б.Пастернака "Доктор Живаго" 1955г.
Новое сообщениеДобавлено: 20 янв 2015, 08:45 

Автор темы
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 28 ноя 2011, 12:04
Сообщений: 4904
Откуда: CCCР
Cпасибо сказано: 135
Спасибо получено:
633 раз в 480 сообщениях

Добавить очки репутацииУменьшить очки репутации
Связь «Доктора Живаго» с ЦРУ и Папой Римским
("Tablet", США)
«Дело Живаго» — это детальное воспроизведение одного из самых поразительных культурных столкновений времен холодной войны.
Адам Кирш (Adam Kirsch)

Изображение

Окончание холодной войны вовсе не означало, что у Америки на мировой сцене больше нет врагов и соперников. Но если посмотреть на угрозы, вызывающие главную обеспокоенность в сегодняшней внешней политике — а это борьба с терроризмом, торговая конкуренция с Китаем и даже война нервов с путинской Россией в Восточной Европе — во всем этом отсутствует элемент, который делал советско-американскую борьбу столь важной и последовательной. Речь идет о культурном измерении, об ощущении того, что движущая сила геополитического соперничества — это глубочайшие идеологические разногласия в вопросе об оптимальной форме государственного управления.

Когда Фрэнсис Фукуяма изобрел свою фразу «конец истории», описывая то, что происходило после 1989 года, он не хотел сказать, что больше не будет никаких событий, или что никто уже не станет воевать. Он имел в виду тот конкретный факт, что после холодной войны борьба между соперничающими державами будет просто борьбой за власть, а не из-за философских разногласий. Что бы ни происходило на Украине или в Сирии, это не поколеблет уверенность американцев и миллиардов других людей во всем мире, что либеральная демократия является идеальной политической системой. Наши общества могут демонстрировать разногласия, однако мы уже никогда не придем к выводу, что какой-нибудь исламский халифат или однопартийная диктатура предпочтительнее парламентской демократии. Сегодня идеологическая борьба носит абсолютно односторонний характер: враги демократии должны обосновывать свои возражения, а ее сторонники утешаться ощущением того, что история на их стороне.

Один из побочных эффектов «конца истории» состоит в том, что сегодня интеллектуальная жизнь уже не настолько полна значимости и важности, как во времена холодной войны. Когда общество дискутирует по основополагающим философским вопросам, как это делали правые и левые в 20-м веке, даже самые абстрактные, казалось бы, продукты культуры могут стать отражением жизненно важных политических вопросов. Вот почему ЦРУ в 1950-е и 1960-е годы стало одним из самых главных спонсоров американской культуры. Этот факт возмутил многих, когда данное обстоятельство выплыло наружу, однако в нем есть определенный базовый смысл. Если американская культура является продуктом американского образа жизни, то демонстрация продуктов такой культуры становится косвенной рекламой и пропагандой демократии. Вот почему ЦРУ и Госдепартамент отправляли в мировые турне художника Джексона Поллока и джазмена Луи Армстронга; вот почему они вкладывали деньги в такие журналы как Encounter — а СССР пропагандировал работы коммунистических писателей и посылал Шостаковича в Америку дирижировать исполнявшими его музыку оркестрами.

Книга Питера Финна (Peter Finn) и Петры Куве (Petra Couvee) «Дело Живаго: Кремль, ЦРУ и битва за запрещенный роман» (The Zhivago Affair: The Kremlin, the CIA, and the Battle Over a Forbidden Book) представляет собой детальное воспроизведение одного из самых поразительных культурных столкновений времен холодной войны. Сегодня роман Бориса Пастернака «Доктор Живаго» прочно занял свое место на полках русской классики рядом с «Войной и миром» и «Преступлением и наказанием». Большинство знакомых с этой историей людей скорее всего знают о ней из эпического широкоэкранного фильма Дэвида Лина, где главные роли сыграли Омар Шариф и Джули Кристи, и где постоянно присутствует «тема Лары» и балалайка. Но когда в 1957 году был опубликован роман, он стал общемировой сенсацией, поскольку Советский Союз безрезультатно пытался предотвратить появление книги «Доктор Живаго» и с возмущением отреагировал на решение о вручении Пастернаку Нобелевской премии. Никакая другая книга, за исключением опубликованного 15 годами позже «Архипелага ГУЛАГ» Александра Солженицына, не вызвала у Советов таких мучительных страданий в годы холодной войны.

Что же сделало «Доктора Живаго» столь горькой пилюлей, которую было очень трудно проглотить режиму Хрущева? В отличие от книги Солженицына, которая стала прямым обвинительным заключением советским преступлениям, роман Пастернака был поэтичной и весьма отвлеченной работой, в которой большая часть литературного заряда уходит на удивительно образные описания погоды и природы. На самом деле, «Доктор Живаго» был первым и единственным романом Пастернака. Прежде чем приступить к его написанию, он был известен как лирический поэт и переводчик Шекспира. Отчасти в силу огромной значимости и знаменитости Пастернака как поэта (его несколько раз выдвигали на Нобелевскую премию по литературе за сильнейшие стихи) советскому руководству было трудно расправиться с ним. Если даже Сталин, устроивший массовую расправу советским писателям, пощадил Пастернака, то как мог Хрущев, при котором в советской культурной жизни началась «оттепель», осмелиться на то, чтобы заткнуть ему рот или бросить за решетку?

И тем не менее, идеологическая ересь в романе была видна невооруженным глазом. «Доктор Живаго» — это любовная история, разворачивающаяся на фоне потрясших весь мир событий в России в 20-м веке. Это революция 1905 года, Первая мировая война, большевистская революция 1917 года с последовавшей затем опустошительной гражданской войной и эпилог, подводящий нас к событиям Второй мировой войны. Коммунистическая партия давно уже установила правила, каким образом трактовать в литературе эти события, ставшие суровым испытанием для советского государства. Хороших и плохих парней надо обозначать четко и однозначно; добродетель и необходимость революции должны считаться чем-то само собой разумеющимся. Индивидуальная, отличающаяся от других оценка событий, которая отклоняется от официальной линии, совершенно недопустима.

Как отмечал в то время американский критик Эдмунд Уилсон (Edmund Wilson), удивительным в «Докторе Живаго» является то, что Пастернак писал свой роман так, будто весь этот идеологический аппарат просто не существует. Он рассказывал историю России с точки зрения героя — врача и поэта Юрия Живаго, который из-за своего буржуазного классового происхождения автоматически стал подозрительной личностью в глазах коммунистов. Живаго захлестнула и понесла волна военного и революционного хаоса. Сначала его отправляют на фронт воевать с австрийцами, затем захватывают партизаны и переправляют в отряд красных, борющийся с белыми отрядами. А он неизменно и страстно предан своим личным идеалам, черпая вдохновение в православном христианстве. Пастернак был по национальности евреем, но он глубоко верил в христианство и в русскость, и в ряде отрывков в своем романе он объясняет, почему евреям надо отказаться от своего упрямства и обратиться в христианство. (Как отмечают Финн и Куве, этот элемент в романе настроил некоторых еврейских читателей против Пастернака. Среди них был Давид Бен-Гурион, назвавший «Доктора Живаго» «одной из самых подлых книг о евреях, написанной человеком еврейского происхождения».)

Но самой священной ценностью для Живаго — более важной, чем христианство — является сама жизнь. И он презирает любую идеологию, претендующую на то, что она превыше жизни, что она способна определять и контролировать ее таинственные силы. Его великий роман с прекрасной Ларой показан как соединение дикости и непредсказуемости жизни, в которой эта женщина олицетворяет вечное женское начало. Поскольку Живаго придерживается собственной, индивидуальной точки зрения, он ясно понимает, что в действительности революция означает для России. Роман создает всеподавляющее ощущение холода, поскольку его действие происходит в основном в зимнее время с 1917 по 1922 год, а также созданных человеком бедствий и нужды. В домах полно крыс, доски с заборов срывают на дрова, городские жители разбегаются по деревням в поисках еды, а затем оказываются в западне войны между Красной и Белой армиями. Автор безжалостно рассказывает о жестоких и кровавых событиях, многие из которых почерпнуты в реальной жизни. В одной из последних глав убийца загрызает ребенка до смерти, после чего его линчует толпа, привязав к рельсам и пустив через него поезд.

Главным образом Пастернак описывает тот духовный недуг, которым была поражена вся страна, а также идеологическую панику от обличений и самообличений:

Это была болезнь века, революционное помешательство эпохи. В помыслах все были другими, чем на словах и во внешних проявлениях. Совесть ни у кого не была чиста. Каждый с основанием мог чувствовать себя во всем виноватым, тайным преступником, неизобличенным обманщиком. Едва являлся повод, разгул самобичующего воображения разыгрывался до последних пределов. Люди фантазировали, наговаривали на себя не только под действием страха, но и вследствие разрушительного болезненного влечения, по доброй воле, в состоянии метафизического транса и той страсти самообсуждения, которой дай только волю, и ее не остановишь.

Пастернак ни в коей мере не идеализирует царский порядок. Олицетворением его безнравственности стал зловещий адвокат Комаровский, доведший до самоубийства отца Живаго и соблазнивший несовершеннолетнюю Лару, для которой он стал мрачной тенью на всю жизнь. Кроме того, Пастернак сумел увидеть суровое величие в такой фигуре как командир Красной Армии Стрельников, который разъезжает по Уралу в личном поезде, уничтожая контрреволюционеров и всего себя посвящая делу народа. Но во время чтения романа у читателя не остается сомнений, что русская революция была материальной и духовной катастрофой, на устранение последствий которой ушли жизни целых поколений.

Естественно, Пастернак понимал, что советская власть никогда и ни за что не позволит опубликовать труд всей его жизни, несмотря на многообещающую либеральную оттепель. Финн и Куве цитируют его слова, произнесенные осенью 1955 года, когда занявшее 10 лет написание книги близилось к завершению: «Помяните мои слова — они не опубликуют этот роман ни за что на свете». Единственный вариант состоял в том, чтобы попытаться опубликовать книгу за рубежом в переводе. Но у добивавшихся публикации своих произведений на Западе авторов был весьма пугающий прецедент: последний попытавшийся это сделать писатель был казнен Сталиным.

Это был исключительно смелый поступок для того времени, когда Пастернак в мае 1956 года передал рукопись «Доктора Живаго» посетившему Россию итальянскому журналисту. Журналист работал в издательском доме, который принадлежал Джанджакомо Фельтринелли (Giangiacomo Feltrinelli). Этот молодой итальянский мультимиллионер передал состояние своей семьи в распоряжение Итальянской коммунистической партии. Фельтринелли считал, что публикуя новую советскую литературу, он содействует делу коммунизма. Ему в заслугу следует поставить то, что узнав о несогласии СССР с публикацией романа, когда лидеры мирового коммунизма требовательно настаивали отменить издание «Доктора Живаго», Фельтринелли все-таки настоял на своем. Для него свобода слова была важнее даже преданности революции.

Исследовав мемуары и архивы, в том числе, архивные записи ЦРУ, Финн и Куве рассказали о тех шпионских маневрах, которые начались потом. Советское государство начало оказывать на Пастернака все более мощное давление, требуя от него отозвать рукопись из печати и заставляя его подписывать телеграммы на имя Фельтринелли с просьбой отменить либо отсрочить публикацию. После этого он посылал своему издателю записки через друзей с просьбой не обращать внимания на написанные по принуждению телеграммы: «Не могу найти слов для выражения моей благодарности. Будущее вознаградит нас, вас и меня, за те унижения, которые мы перенесли».

Когда в конце 1957 года «Доктор Живаго» был опубликован на Западе и стал сенсацией — во многом из-за того, что был запрещен дома, Пастернака исключили из Союза советских писателей, и это лишило его источника заработка. (На его счету, открытом Фельтринелли, накапливались огромные авторские гонорары, но Пастернак был вынужден брать деньги взаймы у своей домохозяйки, чтобы хоть как-то свести концы с концами.) Писателя подвергали публичному осуждению, его обливали грязью в прессе, ему даже угрожали банды хулиганов, устраивавшие демонстрации возле его дома. Когда Шведская академия присудила ему в 1958 году Нобелевскую премию, в основном из-за «Доктора Живаго», советское государство вынудило писателя направить телеграмму с отказом от такой награды, получить которую амбициозный Пастернак очень хотел.

Между тем, как показывают Финн и Куве, ЦРУ потирало руки, злорадно наблюдая за тем, как советская пропаганда сама себе наносит увечья. Действуя через посредников, управление организовало раздачу романа на русском языке советским людям, прибывшим в 1958 году на Всемирную выставку в Брюссель. (Так получилось, что книгу тайком раздавали в павильоне Ватикана.) По мнению Финна и Куве, это было частью масштабной программы по контрабандному ввозу запрещенных книг в страны Восточного блока. Благодаря ей в руки жаждущих читателей попали миллионы экземпляров.

Безусловно, мы не можем сказать, помог ли хоть сколько «Доктор Живаго» развалу СССР. Но по крайней мере, этот эпизод довольно ясно показал, что поставлено на карту в борьбе между демократией и коммунизмом. Это довольно парадоксально, но реакция советского государства на роман Пастернака полностью подтвердила ту критику, которой он подвергал наполненное паранойей коммунистическое мировоззрение. Что касается самой книги, то ее конечная литературная судьба остается непонятной. Это не безупречный шедевр, и неожиданно большое число читавших роман друзей Пастернака отозвались о нем неодобрительно. (Набоков, которому не нравилось ничто, если это вышло не из-под его пера, назвал «Доктора Живаго» «неуклюжим, банальным и мелодраматическим» произведением.) Легко почувствовать, что вся литературная энергия Пастернака ушла на описания и размышления, создающие поэтический элемент романа. В то же время, на художественные проблемы как таковые места осталось мало, в результате чего пострадал сюжет и развитие характеров героев. Тем не менее, восхваляющие жизнь элементы книги настолько сильны и динамичны, что роман остается одним из самых важных произведений о русской революции. И «Дело Живаго» должно привлечь к роману новое поколение читателей, интересующихся тем, какого рода литературное произведение в состоянии вызвать дрожь у сверхдержавы.

Адам Кирш — пишущий редактор Tablet Magazine и автор биографии Бенджамина Дизраэли.

Оригинал публикации: Dr. Zhivago’s CIA Connection and the Pope

_________________
Сервисный центр Apple


Не в сети
 Профиль WWW 
Cпасибо сказано  
 Заголовок сообщения: Re: Секреты романа Б.Пастернака "Доктор Живаго" 1955г.
Новое сообщениеДобавлено: 20 янв 2015, 08:53 

Автор темы
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 28 ноя 2011, 12:04
Сообщений: 4904
Откуда: CCCР
Cпасибо сказано: 135
Спасибо получено:
633 раз в 480 сообщениях

Добавить очки репутацииУменьшить очки репутации
Можно ли считать литературу «важнейшим орудием пропаганды»?
("The Atlantic ", США)
Сталин считал, что да. Как, видимо, и ЦРУ: согласно рассекреченным документам ведомства, США тайно распространяли «Доктора Живаго» в Советском Союзе
Ник Ромео (Nick Romeo)

Изображение

Советский лидер Иосиф Сталин называл писателей «инженерами человеческих душ».

«Производство душ важнее производства танков», — утверждал он. Совершенно очевидно, что Сталин верил в то, что литература является могущественным инструментом политики — и потому был готов даже казнить тех писателей, чьи работы считались предательскими по отношению к Советскому Союзу.

Это может показаться бредовой идеей диктатора. Но вспомните слова бывшего руководителя секретных операций ЦРУ, произнесенные в эпоху холодной войны: «Книги отличаются от других средств пропаганды прежде всего тем, что одна-единственная книга может существенно изменить отношение читателя к окружающей его действительности, и по силе воздействия вряд ли что-то может сравниться с ней». Говоря о культуре, он назвал книги «важнейшим орудием стратегической пропаганды».

ЦРУ не прибегало к советской тактике и не старалось убирать писателей, которых считало опасными. Однако правительство Соединенных Штатов (и Разведуправление в особенности) в течение долгого времени использовало литературу для того, чтобы распространять американскую идеологию и подрывать авторитет коммунизма за границей.

Возможно, лучшим примером вмешательства ЦРУ в книжную культуру является история романа Бориса Пастернака «Доктор Живаго». В недавнем времени некоторые важнейшие документы Управления разведки были рассекречены и привлекли огромное внимание СМИ, однако более подробно о них рассказывают Питер Финн (Peter Finn) и Петра Кувэ (Petra Couvée) в их новой работе «Дело Живаго: Кремль, ЦРУ и битва вокруг запрещенной книги» (The Zhivago Affair: The Kremlin, the CIA, and the Battle Over a Forbidden Book). В общем и целом, книга повествует о том, как именно «Доктор Живаго» помог разрушить Советский Союз. Она включает в себя несколько интригующих фактов, важных для понимания настоящего и будущего конфликта двух культур.

Борис Пастернак начал писать «Доктора Живаго» в 1945 году на бумаге, перешедшей к нему от погибшего товарища, грузинского поэта, которого советский режим сначала пытал, а потом казнил. Эту бумагу прислала Пастернаку вдова поэта, и он воздал должное творческому неповиновению своего друга, написав роман, в котором пренебрег официальными требованиями к литературе того времени, нацеленной на прославление «советского человека» и революции.

Нельзя сказать, что этот литературный труд стал торжеством капитализма или западного образа жизни, однако в некоторых отрывках своего романа автор открыто ставит под сомнение тот факт, что кровопролитие революции было оправданным. Отказ от хвалебных песен правящему режиму был очень опасен, поскольку расценивался как попытка усомниться в нем: официальные представители Коммунистической партии, осуществлявшие надзор за печатью, должны были во что бы то ни стало предотвратить публикацию «Доктора Живаго».

На территории Советского Союза сделать это было нетрудно, но Пастернак сумел передать копию рукописи приезжему итальянцу, имеющему связи в издательствах. В книге «Дело Живаго» Кувэ и Финн подробно рассказывают запутанную историю пути, который пришлось преодолеть роману, прежде чем его, наконец, опубликовали. Одно из итальянских издательств получило права на издание романа, после чего Пастернак передал копии друзьям, приехавшим из Франции и Англии. Советские власти подделали его подпись и отправили итальянскому издателю несколько писем с требованием вернуть рукопись, однако Пастернак успел поделиться своими реальными намерениями с посещавшими его итальянцами и послать издателю специальные записки на французском, в которых попросил его игнорировать послания на любом другом языке. Он хотел, чтобы книга вышла в свет, какими бы ни были последствия.

Вскоре после первой публикации романа в 1957 году в дело вмешалось ЦРУ. В 1947 году, когда агентство только появилось, Конгресс наделил его весьма широкими, но не очень четко сформулированными полномочиями, что позволило ему распространить свой контроль еще и на сферу культуры.

Кувэ и Финн рисуют интригующую картину литературной культуры, царившей в ЦРУ в 50-е годы; один штатный сотрудник, например, уволился, чтобы стать подсадным редактором Playboy для того, чтобы его бывший начальник из Управления смог написать статью под псевдонимом. С помощью ряда прикрывающих организаций, среди которых была и Bedford Publishing Company в Нью-Йорке, агентство успешно покупало, печатало, распространяло и даже заказывало определенные книги с целью распространения духовных ценностей Запада. К таким книгам относились романы Джорджа Оруэлла, Альбера Камю, Владимира Набокова и Джеймса Джойса, и, как об этом рассказывают Кувэ и Финн, одной из книг, заказанных компанией Bedford, были псевдо-мемуары двойного агента разведки СССР и США. Книги доставлялись в Советский Союз контрабандой, их перевозили в чем придется, начиная с консервных банок и заканчивая коробками с женскими тампонами. В итоге за 15 лет Bedford отправила советским читателям около миллиона книг. Программа ЦРУ по распространению запрещенной литературы продолжалась вплоть до развала СССР.
Изображение

Некоторые сотрудники ЦРУ, вероятно, оценили ироничность ситуации: могущественное правительственное агентство использует нелегальные методы распространения романов Оруэлла. Американское правительство пыталось оказывать влияние на культуру СССР, чтобы помочь советским гражданам осознать, насколько опасным может быть правительство, подчинившее себе культурную сферу общества. (Неудивительно, что они не хотели, чтобы кто-нибудь знал об их причастности).

Тем не менее, ЦРУ увидело в «Докторе Живаго» огромную пропагандистскую ценность. Вместе с агентами голландской разведки, они договорились о нелегальной печати русскоязычной версии романа, которую потом распространили на Всемирной выставке в Брюсселе в 1958 году. Была задействована также и собственная типография агентства в Вашингтоне для печати копий карманного формата: компактное издание легче перевезти контрабандой.

Операция имела именно тот эффект, ради которого все и затевалось. Цена российского издания на черном рынке в Москве практически достигала недельной зарплаты. Когда в 1958 году Пастернак получил Нобелевскую премию по литературе, советские власти набросились на него, видя в его лице изменника, лебезившего перед западными идолами. Однако писатели со всего мира земного шара встали на его защиту, а скандальная слава книги лишь увеличивала продажи.

Американские методы воздействия на культуру в итоге оказались более действенными, нежели советские: вместо того, чтобы препятствовать публикации книг, ЦРУ способствовало их распространению; оно не угрожало авторам, придерживающимся определенной идеологии, и не принуждало их к выбору.

Кувэ и Финн описывают встречу с партийным чиновником, во время которой Пастернак потерял всякое терпение и просто взорвался: «В вас же есть что-то человеческое, я это вижу, но почему вы говорите штампами? Люди! Люди! — Как будто речь идет о вещи, которую можно достать из кармана штанов». Он не терпел надменности официальной доктрины и не мирился с идеей бесконечно податливого народа, которым можно легко управлять. Однако, принимая во внимание масштабную кампанию ЦРУ по печати и распространению «Доктора Живаго» в карманном формате, становится ясно, что целью агентства было именно создание чего-то, что можно было достать из карманов и оказывать влияние на мнения обычных людей.

Пастернак не рассматривал свой роман как оружие для ведения интеллектуальной войны. Он называл его «мое конечное счастье и безумие», вряд ли такую фразу мог сказать человек, считавший свою книгу культурной гранатой. В его представлении, эта работа была чем-то большим, чем просто средство передачи сообщения, и он часто был удручен тем, как международные СМИ цитировали одни и те же отрывки, чтобы показать, как он критикует правящий режим. Он хотел, чтобы в его книге видели роман, а не памфлет.

ЦРУ, в свою очередь, было в восторге от повышенного внимания СМИ к антикоммунистическим высказываниям. Помимо всего прочего, ЦРУ также признало, что не только сам роман, но и символизм всей ситуации, сложившийся вокруг него, выставил Советский Союз в самом плохом свете. Пастернак принял Нобелевскую премию, но вскоре добровольно отказался от нее после того, как советские власти оказали невыносимое давление на него и его близких. Образ титулованного, но преследуемого писателя, храброго критика безнравственного режима стал прекрасным примером для журналистов и антирекламой Советского Союза.

***

Вся эта история, как отмечает «Дело Живаго», несет в себе важный урок о том, что возможности шпионских агентств в ведении культурной войны далеко не безграничны. В настоящее время ни одна из литературных работ, заказанных ЦРУ, не пользуется популярностью, советские писатели, воспевавшие официальную идеологию, позабыты. Зато «Доктора Живаго» знает весь мир. Вмешательство государства в литературный процесс посредством предварительной цензуры, как правило, не имеет успеха: ЦРУ заинтересовалось «Доктором Живаго» лишь после того, как роман был уже написан. Даже если бы они нашли русского автора, готового написать книгу, полную антисоветских настроений, и заплатили бы ему, пожалуй, она все равно никогда не стала бы литературной и журналистской сенсацией. Подлинные литературные произведения - намного влиятельнее самых лучших работ, созданных по заказу правительства.

Кроме того, по-видимому, выявление и поддержка культурных артефактов, выражающих национальные интересы, остается наиболее эффективной стратегией, которую никогда нельзя списывать со счетов, тогда как разведывательные службы одержимы сбором информации, техническими новинками и слежкой. Распространение литературы может показаться разведывательному агентству ребячеством, однако в этом заключается совершенно иная тактика: положиться на искусство и идеи, которое оно с собой несет вместо того, чтобы кого-то к чему-то принуждать. И для того, чтобы искусство было поистине ценным, оно должно быть чем-то большим, чем просто инструментом преследования политических целей.

Лучше всех эту мысль сформулировал сам Пастернак: «Это неправда, что люди ценят роман из-за того, что в нем замешана политика. Это ложь. Они читают его, потому что он им полюбился».

Оригинал публикации: Is Literature 'the Most Important Weapon of Propaganda'?

_________________
Сервисный центр Apple


Не в сети
 Профиль WWW 
Cпасибо сказано  
 Заголовок сообщения: Re: Секреты романа Б.Пастернака "Доктор Живаго" 1955г.
Новое сообщениеДобавлено: 20 янв 2015, 13:02 
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 10 июл 2012, 13:11
Сообщений: 536
Cпасибо сказано: 34
Спасибо получено:
67 раз в 64 сообщениях

Добавить очки репутацииУменьшить очки репутации
Живаго закручен на политике, а раскручен на деньгах. :-)


Не в сети
 Профиль Отправить email  
Cпасибо сказано  
За это сообщение пользователю Karabiner "Спасибо" сказали:
Bukinist
 Заголовок сообщения: Re: Секреты романа Б.Пастернака "Доктор Живаго" 1955г.
Новое сообщениеДобавлено: 20 янв 2015, 16:01 

Зарегистрирован: 24 июл 2012, 06:19
Сообщений: 77
Cпасибо сказано: 4
Спасибо получено:
11 раз в 9 сообщениях

Добавить очки репутацииУменьшить очки репутации
На развал союза были брошены все силы во всех направлениях, в том числе и культуре и литературе. Не покупились как видим даже на Нобельскую премию. Можно сказать что Пастернаку в этом плане просто повезло.


Не в сети
 Профиль Отправить email  
Cпасибо сказано  
За это сообщение пользователю Anton1979 "Спасибо" сказали:
Bukinist
 Заголовок сообщения: Re: Секреты романа Б.Пастернака "Доктор Живаго" 1955г.
Новое сообщениеДобавлено: 20 янв 2015, 16:34 
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 22 июл 2013, 22:10
Сообщений: 351
Откуда: СССР
Cпасибо сказано: 131
Спасибо получено:
61 раз в 53 сообщениях

Добавить очки репутацииУменьшить очки репутации
премия Нобеля давно заангажирована и заполитизирована: большая часть т.н. "лит.классиков" по всему миру, получивших с какого то перепою сию премию, по прошествии времени являют собой лишь жалкую макулатуру... что касаемо развала Союза, то тут всегда были все средства хороши; и то, что и Йося и Адик придавали огромное значение и литературе и воспитанию масс - это безусловно и логично, исходя из специфики построения общества и вертикали режимов...незабвенный доктор Геббельс давно канул в Лету (телесно), но его дело живет и процветает во многих странах и на многих уровнях, т.к. его методика обработки масс и духовного влияния пропаганды не устарела и поныне...

ув. Bukinist - респект за интересную статью ! :drink:


Не в сети
 Профиль Отправить email  
Cпасибо сказано  
За это сообщение пользователю Скриблерус "Спасибо" сказали:
Bukinist
 Заголовок сообщения: Re: Секреты романа Б.Пастернака "Доктор Живаго" 1955г.
Новое сообщениеДобавлено: 20 янв 2015, 19:38 

Автор темы
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 28 ноя 2011, 12:04
Сообщений: 4904
Откуда: CCCР
Cпасибо сказано: 135
Спасибо получено:
633 раз в 480 сообщениях

Добавить очки репутацииУменьшить очки репутации
Karabiner
Anton1979
Скриблерус
+ :drink:
Это статьи с зарубежных средств информации

_________________
Сервисный центр Apple


Не в сети
 Профиль WWW 
Cпасибо сказано  
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 7 ] 

Часовой пояс: UTC + 2 часа



 Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения

Найти:
 
cron
Яндекс.Метрика Счетчик PR-CY.Rank Яндекс цитирования